О`Cанчес (hokkrok) wrote,
О`Cанчес
hokkrok

Category:

МУДРОСТЬ - ЭТО ВЫЖИВШИЙ ИЗ УМА ЦИНИЗМ

Я же, как известно, отрицаю мудрость, во всяком случае - пытаюсь отрицать.
Тем более сегодня, в рамках борьбы с мудростью и в честь Международного дня детей, я представляю вашему вниманию ПРОЕКТ "Филипок
Помните этот рассказ Льва Толстого?
Я представил, как бы его пересказали Андрей Платонов и Алексей Толстой. Представил, изобразил, да и выложил здесь:
http://lit.lib.ru/o/osanches/text_0390.shtml

А здесь, под катом, выложу только вариант "Филипок Андрея Платонова".
Посвящается княжне О.М. из Нидерландов, натолкнувшей меня на сию забаву.


Филипок уродился мальчиком, по причине мужского смешения родительских хромосомных наследственностей, и считал это справедливым
- Горький реверс бытия получается, товарищ бабушка, унизительный вполне! – Эти начальные разъяснительные слова Филипок обратил в сторону печки, на которой серьезно укрепилась бабушка Филипка, как любительница теплых ощущений в спине и с целью не упустить дальнейшего развития своего преклонного возраста.
- Грамота – дело заковыристое, - не смолчала бабка в ответ.
Все дети из соседских семей, заранее расплодившиеся по окрестным избам, уже достигли школьного рубежа, только Филипок не доставал до него возрастом и естественными размерами.
Мать не отпускала Филипка учиться, ошибочно беспокоясь о его физическом благополучии, и Филипок горевал.
Отец разомлел посреди обрадованной семьи и не спешил; находчиво используя протяженность зимнего ночного времени, он ушел партизанствовать к себе в леса только под утро. Мать, навсегда утомленная социальной несправедливостью жизни, также затемно покинула избу - для исполнения поденных пролетарских работ.
- Ну-ка, останови кто теперь! – твердо сказал Филипок себе, уснувшей бабке и остальному опустевшему пространству избы. Но не нашлось желающих преграждать ему путь, поэтому Филипок почувствовал себя готовым к познанию жизни посредством грамоты, арифметики и иных умственных предметов, изобретенных для образования человечества.
- Была бы у меня шапка, - негромко терзался Филипок, - то и зимнюю ледовитость воздуха оттолкнул бы от себя, ничего унизительного к ней не чувствуя… Пришлось нахлобучить отцов треух, старый, с исчерпанным ресурсом пользования, и переразмерный Филипку, в силу общей неспелости его организма.
Зимняя ночная природа потекла навстречу Филипку, набивая в его небольшую грудь холод и тревогу перед неожиданностями начатого пути, который направлял его за село, к школе возле церкви. Своя слобода не затронула Филипка ни собаками, ни иными какими неприятными впечатлениями, потому что он обладал перед всеми ними привилегиями знакомства, но чужая собака Жучка, и последовавший за нею Волчок залаяли на Филипка и стали получать от этого удовольствие, видя, что он боится произведенного лая и капающих на него сверху животных слюней, потому что поскользнулся и упал.
Не имея никакого знакомого для Филипка имени, по причине случайного появления на месте происшествия, вступился за него чужой бесстрашный человек, и собаки, чутьем осознав его серьезность и готовность к беспрекословному нанесению пинков, отступили.
- Вот ведь животное фулюганство! А ты чего разлегся посреди населенного пункта?
Но Филипок не ответил ему находчивыми словами, а побежал дальше, в намеченную сторону.
Нашлась и школа. Взойдя на крыльцо, Филипок еще через дверь услышал гул населенного учениками пространства и мысли его затмились от наступившего страха: бежать надо, пока не настигли и не прогнали, как несерьезного элемента населения.
В это время мимо крыльца шла прохожая женщина с пустыми ведрами, но Филипок даже обрадовался этому предрассудку из-за сопроводительных женских слов:
- Все неграмотность ликвидировают, а ты стоишь тут, носом ведра считаешь, как контра, теорию от практики отличить не пробуешь! Чего стоишь?
Филипок внял убедительным доводам, набрал дополнительного воздуха в оба легких и вошел. Шапку же, взволнованный опасениями имущественной жалости, спрятал на себе.
Гул от голосов стал громким, а от свободного пространства почти ничего и не осталось – столько насело в него учеников самого разного пола и возраста.
- Что? – Перед Филипком остановился бородатый человек в красном революционном шарфе поверх всякой остальной одежды.
Филипок смолчал, бесполезно думая как преодолеть страх и ответить на этот человеческий крик убедительно, чтобы все осознали его честность.
- Кто таков будешь? Из революционного пролетариата, или так себе, сельскохозйственный крестьянин?
Филипок чувствовал, как в нем просыпаются предрассудки воспитания и заставляют держать шапку, как будто от жадности. Язык внутри рта вдруг забыл о полезных свойствах речи и удрученно не желал вышевеливать ответные слова. Рыдания в нем поднялись повыше, будто мамкино тесто в горшке, от груди к самому горлу, потом к глазам и полились испуганными слезами.
Учитель ощутил свойство жалости к небольшому человеку и стал гладить его голову, чтобы утешить и отвлечь подальше от слез. На его вопрос – чей это мальчик, сквозь беспорядочный ворох посторонних слов пробилось постепенное объяснение, что это Филипок, кровный родственник и малолетний брат Костюшки, он сознательно отверг материнский запрет на получение образовательных знаний и направился за этим событием в школу.
- Вон как! Ладно, - согласился учитель. – Зовут меня товарищ Толстой. Присаживайся рядом с единоутробным родственным человеком Костюшкой, а твою мать я постараюсь склонить убеждениями к правильному решению вопроса. Слова, буквы знаешь?
- В одних толк знаю, а другие вприглядку, товарищ Жирной - не сплоховал с ответом Филипок.
- Ну-к, прочти вот эту вот словенцию?
- Хвэ… лэ… хва… фал… фало… фалло… Филипок!
Все засмеялись.
И учитель засмеялся громким смехом взрослого человека, внутренне понимающего всю правду происшедшего жизненного случая.
- Молодец! Почти правильно смикитил. Кто же учил тебя печатному тексту языка?
Филипок осмелел от одобрительных речей и окруживших его человеческих сочувствований, поэтому ответил сразу, прочными словами:
- Брат мой Костюшка. Я по-пролетарски, классовым чутьем все враз про буквы понял. Я до знаний – человек бдительный, товарищ Толстый.
- А зачем тебе грамота, раз ты классовое чутье молитвенно в себе выучил? И что ты знаешь о непротивлении злу насилием?
- То и слышал о геройском непротивлении злу дотошным и неумолимым ревоюционным насилием! Вырасту и буду на трибунальной основе давить богатейскую кровососную гаду. Чтобы крупно хрустела под бедняцким лаптем чуждая всему неимущему пролетарьяту угнетающая белая кость, а за нею пианины, теплицы и прочее империалистическое имущество!
И опять громко рассмеялся товарищ Толстой, потирая корявые мозолистые руки, в которых бушевала сознательная радость от понимания предстоящих педагогических достижений.
- Русло в тебе пока и не глубокое, но правильное, товарищ Филипок. Углубляй его старательным хождением в нашу школу. Учись. И стал Филипок учиться. .".



Subscribe

  • ЮЗАРЮ НА ЗАМЕТКУ

    Тролля в Сети узнать очень легко: тролль глуповат, общителен, обидчив и держится стадом.

  • А Я ПРИДУМАЛ ВОТ ЧТО...

    Мне нравится выдумывать новые формы в старых смыслах и наоборот. К примеру, вглядываюсь я в слово «реклама». И так и сяк его катаю в серых извилинах…

  • ДОН КИХОТ

    Удивительные совпадения случаются в нашей жизни! Вот, например, вчера, 31 июля 2021 В Мариинке этим балетным вечером шел «Дон Кихот»…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 6 comments